чарли пишет:
На его столе стопка писем, и на большую их часть он так и не нашел силы ответить. Чарли не знал, почему брат все еще пытался, в то время как он сам опустил руку и утратил всякую надежду... читать далее
Вверх Вниз

GRIM DEFEAT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GRIM DEFEAT » these are our expectations » EX LIBRIS


EX LIBRIS

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://i.imgur.com/ECexCu9.png

0

2

KOSCHEI THE DEATHLESS* [SLAVIC FOLKLORE]

раса: колдун
возраст: unk

деятельность: царь, чародей, некромант
место обитания: Навь и другие миры

https://i.imgur.com/FrC0VM5.png https://i.imgur.com/VpO3bes.png https://i.imgur.com/YINW27Q.png
original**


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
вариант 1. Он всегда хотел величия, власти. Банально, но для того, кто с детства был лишен самых крох надежды на подобное, предсказуемо. Родился в бедности - умрешь в бедности, слабый, ничтожный, смертный - отдается в голове как клейма, ставя точку во всех несвойственных простому крестьянскому сыну амбициях. Кощею, которого тогда звали совсем по-иному, на роду было написано сгинуть так или иначе, но он не хотел мириться с подобным. Мало-помалу он начал трудиться, не так как положено его сословию, но, обнаружив в себе талант к колдовскому искусству, стал обучаться магии. Научиться читать и писать, найти учителя дорогого стоит, но его живой, деятельный ум поглощал знания одно за другим, только всего этого было недостаточно.
Он встречает Марью случайно, когда та выходит из моря и посещает землю, и между ними мгновенно вспыхивает симпатия. Оба находят друг в друге родственную душу, обоих манит одно и то же, им есть, о чем поговорить и что друг другу рассказать. Вот только не может Кощей равняться с царевной Марьей ни в ее природной колдовской силе, ни во владении мечом, ни в происхождении, и это злит, подначивает, не дает покоя. Марье на это все равно, она никогда его не упрекает, однако, Кощей непреклонен.
Они расстаются на некоторое время, которое Кощей использует себе на благо… или на большую беду. Он делает все для достижения цели, даже обращается к Нави. Навь принимает его, обнимает и душит, дает ему немыслимую силу, темную, жестокую, взамен забирая самое дорогое. Его душу, сущность. Навь крадет и его внешность, и черные пряди седеют, а на прежде приятный лик падает тень, оседая в заостренных скулах и в горящих глазах. Кощей перестает быть собой прежним, и становится тем, кем мечтал быть всегда: могущественным и непоколебимым, властным и …. бессмертным. Он покоряет саму смерть, теперь зная, как подчинить себе армию мертвецов, победить самого сильного противника и обратиться вороном. Теперь его боятся и уважают, с ним считаются, теперь он царь, кровавый и ужасающий, вот только… Марья больше не может быть на его стороне. Он принимает ее вызов и проигрывает бой. Марья знает его слишком хорошо, даже такого, ее нельзя оставлять без присмотра, и Кощей, случайно освобожденный глупым человеком, похищает Марью, запирая ее в своей мрачной обители.

вариант 2***. У темного бога Чернобога много сыновей. Кощей - самый младший из них, но и наиболее печально известный в мире земном. Кощей с детства был окружен Навью, он был ее частью, неотделимой и нерушимой, бессмертной. И ничего ему не стоило, войдя в мир Яви, покорять его по-своему, упрямо и жестоко. Когда-то, когда он еще пробовал свои силы, он повстречал Марью, возможно, ей на беду, увидевшей в нем нечто светлое, доброе. Они были так похожи и так отличались, оба с живым, деятельным разумом, открытым для нового, им вместе интересно и легко, но изначально стоят они по разные стороны. Марья все больше учится своей собственной магии, покоряя водную стихию, Кощея все больше растравливает Навь, где он родился, и где никогда не умрет, не позволит. Кощей позволяет злу захватить себя целиком, перекраивая, меняя внешность, теперь он гроза и ужас Яви, захватчик царств и мрачный правитель. Марье приходится вызвать его на поединок, попытаться остановить, что ей с трудом, но удается, ненадолго, впрочем. Марья знает его слишком хорошо, даже такого, ее нельзя оставлять без присмотра, и Кощей, случайно освобожденный глупым человеком, похищает Марью, запирая ее в своей темной обители.

Поскольку в сказках Кощей выступает только каким-то злобным злодеем, с которым надо сражаться героям, информации об его происхождении я нашла мало, а еще она варьируется, поэтому я предлагаю два варианта на выбор. Лично мне больше нравится первый вариант, по мне это более проникновенно, трагично и логично, можно развить в разные стороны. Кощей или совсем главгад, без права на возвращение, манипулирует и тянет за собой Марью на злодейское дно (что не так уж сложно, учитывая, что она Моревна от слова Мор, а не море, и не гнушается пачками укладывать людей) или постепенно одумывается и пытается по возможности все исправить, что полностью не получится, но попытки будут. Во втором меньше пространства для маневра, да и Марья как будто не очень умная особа, которая надеялась на что-то от создания тьмы)
Но решение за вами, лишь бы вам нравилось и вы были вдохновлены. Я же вдохновляюсь вслед за согроком, и в любом случае мне будет интересно поиграть оба варианта.

https://i.imgur.com/3EspHAL.png
ОТНОШЕНИЯ

Предлагаю пару, ибо по канону Кощей и Марья вообще муж и жена (опустим то, что у них по разным канонам этих мужей и жен дофига), пейринги играть интереснее, плюс, давайте начистоту, Кощей краш) Я очень хочу оставить предысторию их отношений, чтобы они были знакомы до того, как Кощей стал тем, кем стал, так как это опять-таки дает больше пространства для маневра, у них есть, о чем поговорить, что вспомнить, есть общая история. Честно признаюсь, во многом этот бэкграунд был взят из игры Лига Мечтателей, так что если вы проходили историю, то сразу поймете.
Они встретились еще когда были очень молоды. Марье Кощей понравился практически с первого взгляда и внешне, и по характеру: пускай она знала совсем немногих земных мужчин, ни один из них не запал ей в сердце, ведь они были… простыми. Кощей казался ей необычным, интересным, умным и непохожим на других, что было взаимно. Они быстро нашли в друг друге родственные души, им не составляло труда поддержать другого, обсудить то, что волновало обоих, и пожалуй, в лице Кощея, Марья впервые нашла друга. Ее любовь пришла уже позднее, но себе на беду Марья так и не смогла полюбить кого-то еще или вытравить из себя это чувство. Трудно сказать, любил ли ее когда-то Кощей. Возможно да, может быть по-своему, а может вполне по-земному, он точно ее уважал и был заинтересован, но в любом случае, время изменило их обоих и их отношения. Из друзей к врагам - для Марьи стало огромным ударом понять, кем и чем стал ее давний друг и любовь, она поняла, что должна его остановить, а что до Кощея… если не с ним, то против него. Возможно, он не простил Марье победу над собой и свое пленение, а может быть наоборот, стал уважать сильнее, и пожелал привлечь на свою сторону. В любом случае, брак с Марьей в первую очередь выгоден, он сделает его царем не только земным, но и морским, пусть как таковым власти над морем ему не видать, а с тем, что осталось от его былых чувств, он разберётся позже.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Я ищу в первую очередь адекватного, грамотного и ответственного соигрока. Того, кому важна в первую очередь длительная игра, кто хочет и будет, и у кого есть время развивать такого замечательного и неоднозначного персонажа. Если же вам игра не заходит по разным причинам, вы хотите что-то поменять или вовсе завершить, то прошу об этом так и написать мне, чтобы сохранить наше с вами время и нервы. Я пишу нечасто, где-то раз в месяц, могу раз в три недели примерно, если очень горит, то раз в две недели, пару листов ворда, жирным выделяю только диалоги для удобства, поэтому часто посты не прошу, но и сильно затягивать тоже не хочется.
Если вас все устраивает, это шикарно, значит велком в лс, там все обсудим, заодно попрошу отправить любой пробный пост от любого персонажа, мой пост ниже. И также прошу написать анкету своими словами, не обязательно много.
Поиграть хотелось бы в первую очередь именно сказочную реальность, а различные аушки без проблем возможны после того, как сыграемся.
* Касательно имени - не знаю, как будет правильно, так или вообще Bessmertny, мб лучше уточнить у амс)
**Касательно внешности - я вижу Кощея с длинными черными волосами, однако, полагаю, его внешность поменялась по мере того, как менялся характер и он все больше погружался в Навь, и черные волосы стали наполовину седыми, черты лица заострились, кожа побелела. Можно также добавить жути, (ох уж эти мои специфичные вкусы). Использовать можно различные арты (на самого Кощея они есть) или рандомные фотки, как это делаю я, ну или можем обсудить, кого взять на внешку.
*** Попросили добавить, что если вы выберите 2 вариант, то это уже будет Славянская мифология, а не фольклор, но это всего лишь формальности.
В остальном, очень жду, еще могу по желанию обеспечить графикой. Будет классно, если вы также сможете и пофлудить, и поболтать (врольное общение не особо мое, но иногда ради вдохновения могу), и вообще будете на форуме активничать, но к этому, конечно, не принуждаю.

Пробный пост

Огонь повсюду, охватывает пространство, заполняет собой, лижет деревянные балки дома, раньше не видимого, но смутно знакомого. Пламя врывается в легкие, вслед за удушливым дымом обращая их в кровавые сгустки, кровь греется, вскипает, и ужасная боль от жара все же заставляет кричать, напрягая то, что осталось от голосовых связок.
Он просыпается посреди ночи, чувствуя собственную скорбь, и не стремясь унять колотящееся сердце – этот сон теперь приходит к нему так часто, что уже почти вошло в привычку. Остаток ночи Лайнел проводит, пытаясь заснуть, раз завтра с утра у него съемки, но это удается сделать лишь под утро, которое он встречает разбитым. Стоит начать принимать более сильнодействующее успокоительное, впрочем… его нынешний внешний вид вполне соответствует роли, что для него выбрали. Лайнел даже издает невеселый смешок, проводя пальцами по волосам – замечательный призрак, которому даже не нужен грим. 
Он тратит всего полчаса на нехитрый утренний ритуал: приготовить кофе, яичницу, проведать маму, спящую в своей комнате, и не забыть взять с собой сценарий. Хорошо, что съемки проходят в его городе и не пришлось отлучаться, оставляя мать наедине с болезнью. Собственно, именно благодаря съемкам в Лестере Лио и получил роль: его банально и удачно заметили на улице, заявив, что он счастливый обладатель идеального викторианского типажа. Лайнел был безмерно рад, ужасно скучая по карьере в кино в родном городе, а потому незамедлительно согласился, тем более, что оплату предлагали достойную, а деньги ему сейчас очень не помешают… им обоим. И все же, риск выселения из замечательного двухэтажного дома, где он жил в детстве, все еще был очень велик. Может быть, кошмары снятся из-за стресса?
Лайнел имел привычку никогда не опаздывать, даже проспав, разумеется не опоздав и сейчас. Восьмая и предпоследняя серия популярного сериала Уинсбрук Хиллс сегодня снималась пятый и последний день, и, по мнению Лайнела, обязана стать лучшей в сезоне, раз уж эта серия вместила в себя любовный треугольник в лице главного героя, его возлюбленной и ее погибшего жениха в исполнении самого Лио, что мстил за свою смерть, насылая на героя ужасы и проклятия, а после сознался, что просто всегда хотел, чтобы его любили так же. Зрительницы будут в восторге. Особенно учитывая, что сам Лио, по его невысказанному мнению, красивее главного героя. Из-за специфики роли, его вряд ли пригласят сниматься в этом сериале в дальнейшем, но, если он справится хорошо, это может стать отличным подспорьем в дальнейшей карьере… несмотря на то, что учился он на режиссера, и планировал стать им. Кстати, опыт в сьемках был второй причиной, почему он без проблем заполучил эту роль.
Перерывы Хант тоже любит, благодаря возможности лучше пообщаться как с актерами, так и с другими причастными к съемкам. Лио не делает различий, и, несмотря на усталость из-за пяти часов сна, старается наравне знакомиться со всеми – это и полезно, и просто в его характере, а кроме болтовни, повторения своих реплик и питья чая он обожает пропитываться самой атмосферой съемок. Она всегда разная, но всегда и волнительная, словно подготовка к празднику, на который придет посмотреть весь город, страна или мир. В конце концов, в каком-то роде они сейчас делали маленькую историю, которую будут пересматривать спустя много лет и они сами, и следующие поколения.
Лио улыбается, отпивая чай и щурясь от яркого света, выходя из павильона на улицу. Роль призрака предполагала ношение молочных линз, после снятия которых глаза заболели и слегка покраснели, делая бледный образ более зловещим, но все еще романтичным. Здесь, на улице, царит теплая английская зима, и тоже присутствует флер съемочной жизни, в декорациях, снующих людях, аппаратуре и реквизитах. Является ли животное реквизитом, Лайнел задумываться не стал, потому как, едва увидев коня, на котором по сценарию главный герой въезжал в поместье, без лишних мыслей протянул к нему руку, трепля величественного шайра по морде и холке.
- Кто такой красивый конь? И как тебя зовут? – Конь не ответил, чему Лио был рад, справедливо решив, что после кошмаров галлюцинации ему ни к чему. Животных Лио обожал и не упускал возможности погладить, однако из-за этого часто попадал в неприятности – не всем животным по нраву подобное поведение. Ни то конь попался добродушный, фыркнув мягкими губами, ни то Лайнел расположил его к себе, но это знакомство можно было счесть удачным… пока рядом с животным не появился мужчина, силуэт которого Лио увидел боковым зрением.
- О, вы, должно быть, владелец? Я должен был спросить, прежде чем гладить, но не смог удержаться, - хохотнув, он заправил прядь волос за ухо, полностью переводя внимание на мужчину, лишь бегло рассмотрев его в первые секунды, но по привычке протянув руку для знакомства, - Я Лайнел.

0

3

EIST TUIRSEACH [SAGA O WIEDZMINIE]

раса: человек
возраст: помер красивый, но старый

деятельность: Ярл и Конунг Скеллиге, а также король Цинтры
место обитания: Цинтра, Континент

https://64.media.tumblr.com/da03b840ab5f92a61eeaa858d6f03166/tumblr_inline_omrcyzpbAt1us5zus_500.gif
viggo mortensen


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Был непобедимым морским волком, играючи раздавал люлей нильфам и нордлингам.
Женился - проиграл войну и умер. Все беды от баб!

Лихой морской волк, опытный воин, стратег от боженьки и красавчик от мамочки — у Эйста и правда все чудно складывалось. Жизнь его была полна опасностей и сражений, не нравилось ему в покое сидеть, вот и за заслуги перед родными островами да за приятный нрав Эйста избрали Ярлом Скеллиге. Мужчина он был молчаливый, но остроумный, был способен подхватить как светский разговор вельмож, так и пьяную, разгульную болтовню солдатни.

Несмотря на свою видность в ряду женихов, Эйст очень долго оставался холостяком и к семейной жизни интереса не проявлял. Не хотел он и детей, поэтому до седых волос оставался одиночкой. Лишь после Калантэ вдруг одурел от нахлынувшей любви. Сколько они в секрете держали свой роман, неизвестно, но только скандал, разошедшийся на пятнадцатом году принцессы Паветты, смог заставить холодную Калантэ согласиться на его весьма... интересное предложение выйти замуж.

Эйсту пришлось жить в Цинтре, но Цинтра так и не сумела стать для него родным домом. Все свое свободное время он проводил в море и меж островами, за что Калантэ звала его чуть сердито "вечно пропадающим мужем". Впрочем, Эйсту было ясно, что от него инициативы в правлении Цинтрой никто не ждал, а потому он без зазрения совести посвящал себя буйной стихии. Нагловатый моряк Скеллиге сумел внести разнообразие в скучнейшую жизнь Цинтры, помог Калантэ воспитать осиротевшую Цири, научил девчонку хитростям дворовых игр и сделал из нее сообщницу в попытках саботировать тухлые и унылые королевские обычаи.

О смерти Эйста скажут, что он умер героем. Что его гибель на полях Марнадаля заставит Львицу из Цинтры разойтись скорбным криком и плачем. Но еще про него скажут, что он прожил славную жизнь и после себя оставил лишь добрую молву.

* * *

Не всякий сумеет вынести непростой характер королевы Калантэ, оставшись при этом при трезвом рассудке, но чертяку Эйста королевскими капризами не проймешь. Веселого нрава, с острым языком, не стесняющийся шутить откровенно даже в самый разгар важного торжества, он не только играючи отбивает все атаки Калантэ, но и сам начинает ей действовать на нервы. А то, как начинает бешенством исходить важная королева, его способно только радовать и искренне веселить. Сплетники поговаривают, что самые острые споры король и королева решают на мечах и выходят из конфликтов полностью в синяках и ссадинах. Что ж... Их отношения даже не пытались казаться простыми.

Поначалу между ними и любви-то никакой не было — юная Калантэ была уже замужем и всеми мыслями витала в надеждах родить сына, а Эйст же сражался в море и победами завоевывал почтение своего народа. Познакомились они на одном из дружественных приемов: Карх позвал в свои земли короля и королеву, но первый не пришел, а вторая вместо того, чтобы бряцать драгоценностями и показывать свою важность, призвала лучших бойцов Скеллиге с ней сразиться в честной дуэли. Кажется, в той лихой битве они и сцепились: молодые, злые, горячие.

Говорят ведь, что лучшая дружба начинается с хорошей драки.
А самая крепкая любовь — с лучшей дружбы.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Я очень, очень, очень люблю отношения Эйста и Калантэ — они мне кажутся в самом деле идеальными и сочными на эмоции! Тут вам и шутейки на грани фола, и совместные битвы на поле брани, и острая необходимость хранить чувства в секрете, и семейное тепло вместе с маленькой девочкой, лишившейся родителей. Поэтому, пожалуйста, приходите на роль не просто покрасоваться симпатичным профилем (а он у вас точно будет симпатичным, я вам своим скиллом ручаюсь), но и с надеждами влиться в долгую игру. Да, кстати, у нас тут по ходу дела образовался запутанный любовный треугольник, о подробностях которого я обязательно напишу уже в личной беседе! Там без рюмки крепкого не разобраться :д

* я вредная старая королева и упрощенные варианты анкет не рассматриваю как серьезное предложение взамуж
* пожалуйста, приходите ради игры, писать посты это офигенно, давайте все писать посты
* я пишу от третьего лица, без птицы-тройки, с заглавными буквами, от 3к до 5к

Пробный пост

— Что значит отказался?!

Вопль вторил громкому звуку разбивающегося на осколки графина — его метнула в стену корабля сама Калантэ. Капли кроваво красного вина расплескались по полу, по вещам и остались на лице и волосах Калантэ. Ее дрожащая от злости рука сжалась в тугой кулак. После долгого, тяжелого вдоха желание взорваться от ярости ненадолго остановилось.

Королева бросила недовольный взгляд на служанку.

— Значит отплываем без моего супруга, — процедила она сквозь зубы безжалостно.

Раз Регнер расхотел в последний момент плыть на празднество на острова Скеллиге, значит, так тому и быть. Неприятная его выходка обязательно обернется ему на вред, но Калантэ должна еще придумать, как ответить на поведение мужа чем-нибудь еще более пакостным. Возможно, именно среди островитян королева и устроит не то скандал, не то громкое развлечение. Ее меч давно желал пуститься в ход и опробовать наконец человеческой крови. А на Скеллиге, как Калантэ слышала, чертовски много родилось разбойничьих отрядов.

— Ваше величество, полагаю, вам не стоит…

Жалкий писк служанки вновь разжег горячую злобу Калантэ, и та не сдержалась, отвесив полоумной девице хлесткую оплеуху. Щека девчонки мигом покрылась красным силуэтом женской ладони.

— Посмей хоть еще раз мне что-то указать, — прорычала королева и выгнала плаксивую дуру прочь.

В своей королевской каюте оставшись одна, Калантэ выдохнула. Лоб ее покрылся мокрой испариной, а дышать стало тяжело. Слабость одолевала ее тело: она пичкала его травами и снадобьями, которые советовали ей лучшие знахари, чтобы семя Регнера наконец прижилось. Шел лишь первый год их брака, а наследника все не было. Плохи будут дела Калантэ, если она не разродится хотя бы одним ребенком.

Но лекарства делали королеву злее. Раздражение ее становилось день ото дня все сильнее, а она никак не могла совладать с собой. Вот и сейчас поведение гаденького муженька вывело Калантэ из себя. Не могла львица успокоиться. Не могла унять бушующую злость.

///

Калантэ всегда нравилось проводить время на Скеллиге. Этот народ казался ей простым и свободным, а подобные качества она ценила больше остальных. Шумный пир с веселыми пьянчугами помог ей расслабиться и наконец-то улыбнуться. Приятные комплименты, которые ей то и дело отвешивал ярл, она воспринимала с ухмылкой и молчала. Но по ней видно было, что устроенное к ее прибытию веселье смогло угодить королевскому несговорчивому нраву. Здесь не было такого огромного количества скучных и сложных аристократов, напыщенных от своей важности, какое оно было в душноватом Совете Цинтры.

Калантэ нравилось всеобщее внимание. Ее самолюбию льстило быть на празднестве всеобщим объектом восхищения. Однако народец переметнулся с нее на внезапно пришедшего к пиру мужчину — вид его говорил, что он видал немало битв, а меч на поясе подтверждал тот факт. Походка его была танцующей, и по ней Калантэ поняла, что мужчина этот слыл опытным моряком. Лишь подобные шагают по твердыне так, будто под их ногами продолжает буйствовать вода и корабль подскакивает на каждой волне.

— Кто это? — спросила она у советника.

— Эйст Турсеах, государыня, — пояснил ей старик.

— Ах, братец, — вдруг вспомнила Калантэ некоего «Эйста», который имел место быть в родословной ярла, да только лично его было не узреть никак.

Поговаривали, сколь сильно второй Турсеах был привязан к морской стихии и как ему было все равно, что творилось на суше. Любопытно, подумалось Калантэ, что от разожженного интереса прищурилась и стала поглаживать крупный изумруд на своем кольце. Моряка Эйста в народе, вестимо, сильно любили, раз пьяные мужички с радостью приняли его к своему столу и подняли в честь его присоединения радостный галдеж.

Больше королеву заинтересовал меч, с которым Турсеах явился на празднество. Нагло, показательно, как будто в насмешку прибывшим гостям, он показывал свою силу. Когда же храбрость моряка перешагнула через все крайности и он поднял свой бокал, устремив на нее свой взгляд, Калантэ ухмыльнулась, позволив чему-то хищному и львиному проявиться на своем лице. В предвкушении неслабой драчки все внутри у нее затрепетало.

Вот он. Прекрасный способ насолить муженьку. Пусть молва о королеве-львице разойдется по Скеллиге, не оставив никого равнодушным. Пусть острова узнают, что Калантэ не та королева, что будет молчаливо сидеть и терпеть к себе чье-то внимание — соленое, прямо как морская вода.

— Господа! — с такой громкостью, что веселый гул прервался на гробовую тишину, крикнула Калантэ и резко подорвалась на месте, подняв повыше свою кружку с питьем (не крепким, с травами знахарей).

Стражники, что хотели защитить Калантэ от оскорбления, замерли в ожидании.
Уж эти-то знали, каков характер у их правительницы.

— Мои доблестные защитники, — рассмеялась Калантэ, разглядывая золотые доспехи своих людей, — вернитесь к пиршеству. Незачем нам в столь добрый час разбираться, кто и как на меня глядит. Разве же во взглядах угроза?

Калантэ повернулась к ярлу, показательно не глядя на Эйста.

— На нас всегда смотрят, верно, мой дорогой друг? — обманчиво сладкая речь так и лилась с ее губ. — Лишь смельчак пойдет на государя с наточенным мечом, — тут Калантэ все же соизволила покоситься на Эйста. — Но смелость его быстро обернется глупостью.

Калантэ щелкнула пальцами и вытянула свободную руку — в нее стражники вложили увесистый меч, украшенный россыпью изумрудов. Украшала его золотая голова львицы. Пальцы Калантэ крепко сжали рукоять меча, а взгляд стал серьезнее.

— Мы не глупы. Мы будем пить.

Зеленые глаза Львицы вонзились острыми иглами в глаза шального моряка.
Проверяли его, вызывали на бой.

— Верно?

Бровь изогнулась в вопросе: «так ты будешь драться?».

0

4

VERMAX & ARRAX [A SONG OF ICE AND FIRE]

раса: драконы
возраст: 15 & 14 на момент смерти.

деятельность: на выбор игроков
место обитания: Вестерос

https://i.pinimg.com/originals/07/c7/c9/07c7c96b01e72e32a2136ed5aacd85a0.gif https://64.media.tumblr.com/1bfc8e9d883407f346aaa0eb7f917c26/d637d8c57de2f776-8a/s400x600/867ed9971ea6642b5e78008b13b18ced003e6470.gif
Joe Cole / Jake Hold  as Vermax
Froy Gutierrez as Arrax


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ

»Вермакс»

• Старший сын Сиракс и Караксеса. Первый среди четырех своих братьев и двух сестер. Рос и взрослел вместе с принцем Джекейрисом Веларионом. Стал ему верным другом и защитником. Всегда считал юного всадника достойным всех почестей и готов был перегрызть глотку каждому, кто посмеет косо посмотреть на мальчишку и презрительно назвать того бастардом.
• Компания старших всегда была интереснее подрастающих детенышей. Рассказы взрослых о былом зародили в тебе желание стать такими же как они. Открыть новые земли, стать прославленным воином, вписать и свое имя в историю. Это было даже мило, когда мы с матерью видели этот огонь азарта в глазах. А потом…юный Джекейрис приказал тебе лететь на Север. Ты воспринял это как приключение, о котором так мечтал. И никто тогда не заметил, что война уже вот-вот начнется.
• Драконы танцуют. Драконы умирают. Ты вернулся домой, но вместо радостных лиц застал скорбные. Не стало Арракса. Только-только пал Грозовое Облако, едва вставший на крыло. Гнев наполняет звериное нутро, в сознании точно набат звучит мысль о мести. Когда появляется возможность – ты не медлишь ни минуты. Поверить в себя так легко. Корабль за кораблем сгорали в драконьем огне. Но одна стрела…всего одна чертова стрела и  охотник становится добычей. Удар о воду. Соль ее жжет горло и глаза. Как змеи овивают обрывки парусов и канаты тело, мешая подняться в воздух снова. Но вскоре все заканчивается и море становится тебе могилой. Мы с мамой гордимся тобой, сын. Ты погиб так, как подобает нам, драконам.

»Арракс»

• Тот самый дракон, что пал первым. Ты ведь не хотел этого, правда? Не хотел, чтобы все закончилось так, как закончилось, когда вдруг решил в себя поверить и затеять опасную игру? Ох, милый мой сын. Арракс, надо было хоть иногда слушать меня, а не только Вермакса и Муни. Я уважаю твою смелость, вижу в высокомерно вскинутом подбородке и блеске глазах себя в твоем возрасте. Но не могу не осуждать за откровенную глупость. Не переживай, ты отомщен. Был. Вхагар погибла от моих клыков. Во всяком случае, так было.
• Ты – не Вермакс. Ты не нуждался в одобрительном слове со стороны, чтобы почувствовать себя важным, нужным. Не стыдится возиться с подрастающими братьями и сестрой, охотно принимая участие в их шалостях. Старший брат лишь злобно порыкивая на тебя, спрашивая, когда ты, наконец, повзрослеешь. В ответ пожимал плечами, искренне удивляясь, с чего вдруг Вермакс стал таким противным и скучным.
• Порой, чтобы повзрослеть надо умереть. Ты не говоришь об этом, но это читается в глазах: в Танце драконов ты винишь себя. Если бы тогда был более внимательным и рассудительным, если бы не пытался ослепить Вхагар, выпуская ей в лицо поток пламени, если бы не потерял бдительность… Столько было возможностей избежать дальнейших событий, но прошлое на то и прошлое, что его не переписать и не изменить, все что нам остаётся, так жить с последствиями собственных ошибок. В глубине самого себя ты это прекрасно понимаешь и все-таки проклятое «если бы» глубоко вкоренилось, разъедая и уничтожая тебя изнутри.

• Смерть – еще не конец. Кому-то показалось здоровой идеей вернуть огнедышащих чудовищ в Вестерос опять. Вы стали одними из первых, кого увидел дивный новый мир. Мир без «наших» людей. Его границы, казалось, сужены до предела, очерченные искусственным солнцем и звездами под высоким сводом, да тяжелой огнеупорной дверью. Свободу обретя в пожаре, вы снова можете летать в небесах Вестероса. Предоставленные сами себе. Захотите ли вы так и остаться, не подчинившись никому в память о первых своих всадниках, или, напротив, впишитесь в новую войну, присягнув одному из новых «королей»? Что ж, решайте, мальчики, теперь вы оба взрослые.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
• Не буду распаляться на тему требований ибо они типичны. Не важен размер постов и их стиль, главное – желание играть. Нас, драконов, тут много. Даже Вхагар может передать особый привет Арраксу. Вариантов для игры тоже – непочатый край. Семейные уютные эпизоды, стекло во время Танца, активное участие в новой войне, сопровождаемая попытками выжить в мире без драконов – все это можно организовать. А еще у нас есть беседка, в которой иногда происходит перемывание костей всадникам и не только.
• Внешности обсудить тоже можно.

Пробный пост
«из постов Муни»

1. Ее семья была иной. Караксес, Сиракс, Вермакс, Арракс, Тираксес и Облако (ГРОЗОВОЕ!!! Облако). Когда-то была ещё Вхагар, но она ушла. Предпочла ей нового наездника. Так же поступил Санфайр. Поступила она. Все драконы, что пробудились после Рока Валирии уже на каменистых берегах Драконьего Камня, между наездником и сородичами выбирали наездников. Без своего человека не было ощущения полноценности. Своя жизнь ничего не стоила по сравнению с амбициями всадника. Драконы цеплялись друг другу в глотки и разрезали небо пламенем в угоду… чего? Уже неважно, кто сидит на Железном Троне, если Драконье Логово полно костей. Истина, которую Мундэнсер поняла в слишком раннем возрасте, оставшись совсем одной на Драконьем Камне. Все обещали вернуться. Никто слово не сдержал. Люди говорят, что Таргариен брошенный на растерзание собственным мыслям, одинок и предан всеми – страшен и опасен. Глупцы. Дети лета, что никогда не видела дракона, изморенного потерями, отравленного чужой ненавистью. Одиночество страшнее смерти. Быть живым среди мертвецов – страх, что прошел с ней сквозь века, пустил корни, окреп. Плясунья не стремится его искоренить. Наоборот холит и лелеет. Забудет прошлое и будет слишком легко поддаться соблазнам мира. Вновь поверить в чужие амбиции. Стать оружием. То, что заложено в самом фундаменте сознания не желает быть переосмысленным.
2. Арракс был ее братом тоже, пусть они вылупились из кладок разных дракониц, а Мелеис – она подарила ей жизнь и, пожалуй, этого достаточно, чтобы быть благодарной ей. Из-за чужих непомерных амбиций она уже потеряла часть семьи. Не хочет ещё оплакивать тех, кто остался рядом. Не желает терять ещё Караксеса – отца не по крови, но тот, кто воспитал и любил как родную дочь. Собственная жизнь теряет ценность, если рядом не будет тех, кто наполнял ее смыслами. Плясунья в страхе прикрывает глаза, представляя пустой Драконий Камень. Быть последним драконом, вот что пугает по-настоящему ее.
— Тогда обещай мне, что вернешься на Драконий Камень.
  Говорит совсем тихо, уткнувшись носом в грудь Караксеса. Прижимается всем телом, будто собственного тепла недостаточно, чтобы согреться. И, если прикрыть глаза, не разрывать объятия, вслушиваться в чужое сердцебиение, то мир уже не столь пугает.
3.

[indent] Чужое неверие – не преступление. Но задевает его все сильнее. Лишает итак не многочисленных запасов терпения.
[indent] – Интересно. – тянет гласные с глубоким шумным вздохом, почти рычит Караксес. Всё так же нависая над Таргариен, он опять делается чуть отстраненным и задумчивым. Забота матери последних в мире, самых юных драконов о них по-своему трогает и умиляет. В памяти пытается дракон отыскать – помогал ли кто-то ему? Специально или нет. Были ли в те моменты рядом блюстители, всадник или более старшие сородичи, которым детёныш подражать пытался. Было ли это больно тогда, потому что сейчас достаточно лишь сильно захотеть и на месте полуобнаженного мужчины поднимется не самый большой для своего вида, но внушающих всякому страх размерами своими  дракон.
[indent] В памяти нет ничего, что имеет отношение к его собственному обращению. Он знает – способность была с ним всегда, но как и когда впервые себя явила не помнит. К счастью ли или сожалению? Этого уже не дано узнать. Зато всплывает в памяти то, с какой гордостью он взирал на подросших Вермакса и Арракса, устроивших небольшую потасовку из-за куска добычи и брошенных друг в друга оскорбительного «ящерка». За тем, как легко пара мальчишек уже в следующую минуту становятся дракончиками и начинают рычать, кусать и царапать друг друга. А потом, выбившись из сил, снова обращаются человеческими детенышами со следами недавней драки, тяжело дыша и продолжая ворчать. Кажется, там им как раз около четырёх и трех лет. Так отчего же дети Дейнерис не владеют этим навыком? Не знают? Не умеют? Бояться или не хотят? Караксеса охватывает любопытство и желание взглянуть на новых своих братьев или сестёр усиливается кратно. Он не станет просить об этом, постарается сделать так, чтобы это стало желанием их общим, пусть и под разными мотивами.
[indent] Вспышка чужого гнева заставляет Караксеса ответить. Рыкнуть чуть громче и щёлкнуть челюсть, но все же отодвинуться на пару сантиметров. Мать, защищающая своих детей – прекрасное зрелище. Прищур и вспышка молнии в глазах, грозный тон – на мгновение, всего мгновение, Кровавый Змей вспоминает о собственной матери. Дримфайр тоже говорила подобное, когда очередной её ребёнок вылуплялся в колыбели принца или принцессы, а потом переселялся к остальным родичам в Логово. Караксес несколько раз лично получал от матери совсем не нежный укус в шею или удар по морде за то что опять назвал кого-то из младших «приемышем» или извалял в грязи, отобрав предназначенную «мелочи» еду. Сиракс тоже матерью была не менее строгой и заботливой, явно следуя примеру старшей драконницы, хотя иногда вступая с ней в спор. Должно быть, все матери такие. За редким исключением. Что драконы, что люди.
[indent] – У тебя несколько вариантов. Первый – отойти, не мешать и позволить настоящему дракону сделать то, что нужно. Второй – стать приманкой, объектом защиты для  своих «детей». Третий – оставить все, как есть. Позволить остаться им лишь животными, какими должны их видеть все. Только это будет крайне сложно для тебя. Контролировать, читать язык тела и жесты, понимать хотя бы примерно рык, стрекот и шипение…Первое изменение в три года? Не думаю, что это будет для твоих деток приятным. Первый, второй и даже десятый раз могут стать для них болезненным. Это не просто весёлые фокусы, Дейнерис. Будет крик, рев и метания по логову. Обычно во младенчестве изменения ограничиваются только воплями, но твои – подростки. С мозгами. Окрепшим костяком. Готова ли ты на это смотреть, Мать? Я не могу тебе дать ответа, сколько времени это займёт. Сколько придётся придерживать Дрогон, Визериона и Рейгаль. Никаких цепей, само собой.
[indent] Потом Караксес замечает в ней какую-то растерянность. Думает о том, что, возможно, напугал, принцессу. Но потом она задаёт вопрос и его пробирает на смех. Хочется цыкнуть, развести руками в сторону и пошутить про «заглянуть под хвост», но он себя сдерживает. Дейнерис не виновата в том, что знает так мало. Вернее, практически ничего не знает. Кроме нескольких сказок и красивых легенд, песен и прочих произведениях искусства, повествующих о славных временах господства драконов. Наивная маленькая девочка лета.
[indent] – Обратятся и узнаешь. Люди нас всех самцами величали или дракон такого-то Таргариена, пока не заметят, что кладка яиц под лапами покоится. Таргариены – то, конечно, знали наш пол почти сразу. А остальные – какое им дело, правда? Пламенем дышим все, летаем все. Жрём скот или всё, что пожелаем тоже все. Вопрос количества, наглости и потребности.
[indent] Он замолкает, давая леди время принять и эту долю информации. Снова приближает к ней голову и смотрит в глаза. Удивляется её вере в собственную безопасность, но быстро вспоминает о том, что о драконах принцесса не знает почти ничего. Ни о их переменчивом слишком резко характере точно пламя. Замечает, как она поднимает и тянет руку к нему. Улыбается широко, услышав о желании себя коснуться. Прежде – зверь непременно бы резко дёрнулся и следующим резким движением вцепился бы в руку. С каждым новым движением сопротивляющегося человека сильнее сжимал бы зубы, пока их острые края не  оцарапали бы кость. А после – порвал бы мышцы и сухожилия, лишая возможности двигать рукой хотя бы какое то время. Если бы вообще не оторвал от остального тела. В качестве урока наглецу – «хочешь гладить дракона, заведи своего».
[indent] Но то было при Деймоне. Сейчас Караксес принадлежит сам себе, поэтому не делает ничего из списка. Чувствуя, как чужая ладонь скользит от подбородка к его горлу, дракон отвечает на ласку. Тихо, едва слышно рыча и шипя, слегка поворачивает голову в сторону, обнажая горло. Подставляется точно огромный кот, прикрывая глаза.
[indent] «Хочу увидеть» - врезается в самую глубь сознания. Дракон фыркает и, отступив назад на несколько шагов, выпрямляется, скрещивая руки у груди. Хмурит брови и поджимает губы, раздумывая над просьбой Дейнерис. А после улыбается в умилении, положа руку на сердце.
[indent] – Какая забота, девочка. Нет, не трудно. Здесь мало места и балкон едва ли выдержит мой вес в истинном обличье. Что ж, придётся полетать немного. Жаль, темно и не вся моя красота будет видна в вечернем мраке. Не прощаюсь, маленькая завоевательница. Смотри во все глаза.
[indent] Он разворачивается и идёт к выходу с балкона. Касается руками металлических перил, пару раз дёргает со всей силы и наваливаясь всем весом, проверяя надёжность конструкции. Оборачивается, чтобы удостовериться – за ним наблюдают. Отсчитывает до трех и влезает на самый край балкона. Смотрит вниз, напрягая зрение и слух. Усиливает хватку до боли в мышцах плеч, снова начинает считать в обратном порядке. А потом, дойдя до нуля срывается с места, прикрывая глаза.
[indent] Летит вниз, после пары ударов сердца начинает обращаться человек. От лица не остаётся ничего. Теперь там клинообразная морда зверя. Все изменения происходят одновременно и в считанные секунды. Конечности и тело  увеличиваются в десятки раз. Становится более длинной, тонкой и изящной для такого огромного создания шея. Из позвоночника отрастает хвост. Пробиваются из темно-красной чешуи шипы и гребень, на голове появляется несколько пар рогов. Это почти не причиняет боли.
[indent] «Просыпается» Караксес в десятке метров от земли, успевая в последнюю минуту извернуться и взлететь вверх. Кажется, впрочем, все равно успевает задеть хвостом несколько стёкол и выбить их, заставив заорать сигнализацию. Резкий высокий звук бьёт по слуху дракона, заставляя того ответить рыком и затрясти головой.
[indent] Первая мысль – унестись прочь. Вторая – атаковать «пищалку», выдохнув огонь в отверстие оставшиеся от разбитого стекла. И лишь на третьей пробивается «разум» - не сейчас. Сейчас ему нужно другое. Другая. Девчонка на несколько этажей выше. Последняя Таргариен.
[indent] Он поднимает голову и передаёт ей «приветствие», ещё раз зарычав на высокой ноте. Сразу за этим начиная набирать высоту. Поднимается все выше, не заботясь о том, что за всеми стёклами могут быть люди. Что он опять попадёт в объектив местной прессы. Лишь поднявшись до нужного этажа, Кровавый Змей замирает в воздухе. Почти в вертикальном положении. Медленно взмахивает крыльями, удерживаясь в воздухе. Скалится и ещё раз рычит. Поворачивает голову в сторону и выпускает из глотки струю пламени. И снова возвращает внимание к Дейнерис, ожидая действий маленькой принцессы. Матери драконов.

0

5

AEMOND TARGARYEN [A SONG OF ICE AND FIRE]

раса: полудракон-полубашня
возраст: 19

деятельность: путается под ногами, ловит глазом кинжалы и мечи, ворует драконов
место обитания: был в Харренхоле 15 минут назад

https://i.imgur.com/hoEOPyU.gif
Ewan Mitchell


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
And there's a million of us just like me
Who cuss like me, who just don't give a fuck like me
Who dress like me, walk, talk and act like me
And just might be the next best thing, but not quite me

Говорил я Визерису: не умеешь делать сыновей - не берись, но когда он меня слушал.
И было у него три сына.
Младший - умный был детина.
Средний был и так, и сяк.
Старший вовсе был дурак.
Думаешь, если Вхагар сослепу приняла тебя за Висенью, я не отправлю вас обоих в санаторий на дне Божьего Ока?
Я брал Харренхол еще до того, как это стало мейнстримом, и кстати мамку твою на спектакли водил.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Го играть во "взял Харренхол - положил Харренхол" и в догонялки в Речных Землях, как валирийские Том и Джерри. 
Я точно НЕ буду принимать тебя со спины за Рейниру, но готов играть любые эпизоды в рамках канона, а также всяческие альтернативы.
Например, в ту, где я твой пиздец отец.
В остальном ты свободен, пейрингуйся с кем хочешь и заводи эпизоды с кем хочешь, главное - про меня совсем не забывай, а то Темная Сестра потянется к твоей глазнице раньше времени.
Я не трясу посты, но очень ценю, когда мне их пишут ну хотя бы раз в месяц.
Общаться можем где угодно, можем - хоть в формате пост сдал - пост принял, можем кидаться фандомными мемами.
Еще ОБЯЗАТЕЛЬНО прошу показать мне пример поста.
Каст большой, желающих тебя видеть много, так что возможно скоро тут будет инфа и от них, а пока не переключайтесь.

Пробный пост

Похороны всегда казались Деймону излишней и утомительной церемонией. У него уже было время мысленно попрощаться с Лейной, и он хотел запомнить ее живой. Яркой девушкой, что танцевала с ним на свадьбе ее брата. Дерзкой заговорщицей, которая бежала с ним за пределы города, чтобы заключить помолвку при (пока) живом женихе. Женой, с которой он встречал рассвет за рассветом, заботливой матерью его дочерей.

Теперь ее останки были заключены в саркофаг, каменное изваяние на котором носило с ней лишь весьма отдаленное сходство. Деймон мог бы даже высмеять ответственного каменщика, да что толку — скоро массивное последнее пристанище его покойной супруги отправилось на дно.

Похороны для живых — вот только действительно скорбевшие живые держали свои чувства при себе. Рейнис явно не страдала от избытка приязни по отношению к мужу дочери, но была сосредоточена на поддержке своих внучек. Корлис был не очень многословен. Лейнор едва держал лицо.

Зато стервятники, разумеется, слетались на свежие трупы. Карканье Веймонда Велариона заслуживало больше, чем смеха — будь воля Деймона, он бы и его направил бы на дно.

Здесь нашла свое последнее пристанище Лейна — но трупов в жизни королевской семьи было больше. Единственный достойный десница Визериса и его сын недавно сгорели в Харренхоле, и хотя Стронг и при жизни не особо мог защитить Рейниру от насмешек, чтобы не подставить ее под еще больший удар, теперь змееныш Веймонд чувствовал, что может распустить язык.

А кого ему бояться? Не короля же, который еще более ослаб. Да, физически, но и по духу Визерис не изменял себе — был слепым к чужим козням и глухим ко всему, кроме вливаемого в уши яда. Пока он жив, Рейнира под защитой — но далеко не под такой надежной, как она того заслуживала.

Деймон без всякого энтузиазма слушал речи брата о примирении, и конечно же, в них не было и тени намека на то, чего действительно кого-то желал Деймон — стать десницей, раз уж не получилось стать наследником. Наконец-то вернуть силу в их дом. Позатыкать все злые языки, что терзали наследницу, пока ее отец ослабевал. Нет, тут к красной жрице не ходи — брат скоро вновь приблизит к себе Хайтауэра, а все те подачки, что он мог бросить Деймону, мог бы засунуть себе...

Деймон, к слову, успел мысленно посмеяться и над младшим братом Рейниры. Над мальчишкой, который мог бы быть наследником. Стоило ли пыжиться, чтобы произвести на свет такое ничтожество? Чудом мальчишка был среброволосым. Чудом он заполучил дракона. Но захоти, Деймон бы его, наверное, плевком перешиб. Прочие двое детей были молчаливы и мало привлекали внимание Деймона.

Впрочем, у самого Деймона не было сына. Точнее, был, и его крошечное тельце было сожжено по таргариенским обычаям. Дочери были светом в жизни принца, но он не мог не задумываться о том, каким мог бы быть его сын, выживи он. Брат породил ничтожество, но судя по всему, очень крепкое и живучее ничтожество, и это уязвляло.

Алисента, кажется, решила стать максимально похожей на септу, оставив в далеком прошлом открытые черно-красные платья. Теперь она была обмотана зеленой тканью, скрывавшей большую часть ее тела, и каждый раз встречаясь с ней взглядом, Деймон всем существом чувствовал укор и осуждение.

Деймон и Рейнира, всю процессию изучающие друг друга взглядами, наконец обмолвились и словами, а потом ускользнули из замка, оставив детей на попечение родственников и нянек.

Деймон знал свою мать только по рассказам, поэтому его не так сильно терзала боль от потери того, что он по сути никогда и не получил. Но он знал, что Рейнис найдет слова утешения лучше, чем это когда-нибудь смог сделать он.

Былая искра вновь разгорелась вдали от любопытных взоров. Рейнире и Деймону прежде всего нужно было забыться, и вполне естественным оказалось сделать это в объятиях друг друга.

Но даже на безлюдном пляже им не удалось скрыться от водоворота событий вокруг королевской семьи. Рейнира забылась коротким сном, а Деймон увидел, как в небо взмыла Вхагар.

Старая драконица лежала неподвижной горой после возвращения на Дрифтмарк. Возможно, по-своему скорбела. Но вряд ли просто так полетела бы размять крылья, вот так кружа вокруг замка. Пора возвращаться.

Вторая часть общесемейного сборища выдалась еще более занимательной. Деймону даже не нужно было смеяться, не нужно было подливать масла в огонь — поэтому он просто стоял в стороне и, казалось, даже наслаждался разворачивающимся перед его взором вихрем.

А второй мальчишка был не настолько никчемен, как первый. Лейна бы наверняка гордилась бы, если бы ее сын оседлал Вхагар после ее смерти. Но это сделал сын Визериса — неужели в брате осталось больше драконьей крови, что она, даже разбавленная алисентиной, оказалась столь сильна? Когда-то на Вхагар летал отец Деймона.

Алисента казалась совсем обезумевшей и отчаявшейся — и Деймону не показалось, в ее взгляде по-прежнему был укор, но не такой, как днем. В ее взгляде  ему на мгновение померещилась едва ли не мольба.

От кроткой марионетки отца не осталось и следа. Сколько же в ней было ярости и внутреннего огня. Это было по-своему завораживающе. Деймон уже видел эти проблески когда-то давно, много лет назад, когда примерная дочь Отто тоже решила отбросить все годами навязанные  правила и поддаться сиюминутному порыву.

Алисенте, видимо, тоже вусмерть надоели полумеры Визериса, его нерешительность, и то, что пытаясь угодить всем, он в итоге всех подводил. Хотя бы это у них с Деймоном было общее.

Но Деймон вмешался в заварушку только чтобы осадить резво двинувшегося к своей королеве Коля. Алисента все-таки получила кровь за кровь — мейстер, закончив обрабатывать рану, обезобразившую лицо ее сына, теперь занялся раной на руке принцессы Рейниры.

Пора было наконец-то отправить детей по их комнатам. Деймон решил, что его дочери и так за сегодня достаточно пережили, чтобы мучить их еще и натужными нотациями, поэтому они просто были отправлены в их покои.

Сборище разошлось, все разбрелись по своим углам, но отчего-то сон все еще не шел. Деймон отсалютовал кубком вина по направлению к заливу, к месту захоронения Лейны, наконец-то прощаясь с ней по-своему. Но его одиночество в одной из галерей замка вскоре было прервано, а перед взглядом предстала Алисента.

Деймон приветствовал ее усмешкой.

0

6

DR. BADR aka HUNTER'S MOON [MARVEL]

раса: человек
возраст: 40

деятельность: врач, Кулак древнего бога Хоншу
место обитания: Манхэттен

https://i.imgur.com/VmxKUKV.gif  https://i.imgur.com/WVpPVI6.jpg
Yahya Abdul-Mateen II

КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
   Наука исключает из себя понятие о боге. Нужно быть объективным и честным с самим собой, с тем, чем ты занимаешься и не поддаваться какому-то там религиозному безумию. Да, семья набожная, местность - тяжелая и жизнь не блещет радостями так, как могла бы.
    Но ты лучший ученик в мед академии, ты движешься к успеху семимильными шагами и точно знаешь чего ты хочешь в этой жизни. Твои умения - спасают людей, зачем мечтать о большем? Это медицина и наука - вот что приведёт всех к светлому будущему. Молитвы никогда не спасали людей, как бы верующие не желали обратного.
      Так ведь было когда-то, Бадр? Ты стоял на своём, твёрдой рукой выводя своё собственное будущее, которое зависело лишь от тебя. Сдал экзамен, поступил в ординатуру и стремился стать лучше, сильнее как специалист, полезнее, как врач. У тебя не было всего, конечно же, ещё нет, но ты знал как этого достичь.
   А потом, одной ночью когда ты возвращался с дежурства - ты обнаружил себя в беде. Вампиры, о которых ты и слышал-то лишь в легендах да комиксах. Напали, растерзали и бросили, как какую-то падаль, мусор, не более.
    К кому ты обратился тогда, на грани смерти? Молился ли ты тем богам, которых тебе по наследству передали родители? Или тем, которых почитали в твоём университете? Кого ты просил спасти себя?
       А пришёл он. Во всём своём сияющем величии полной луны, в том свете, что отражается даже в самых тёмных уголках ночи. Тот, кому и следовало защитить тебя в первую очередь, ведь ты был просто путником в ночи.
    Он пришёл, хотя ты ещё не знал его имени, это он вложил его в твои уста. Он пришёл и дал тебе сил, он вложил в тебя новые знания. Он позволил тебе стать своей второй рукой. И он сказал тебе, что ты - теперь его сын.
     А как скоро ты узнал, что у тебя есть ещё один брат?
   Хоншу умеет умасливать, наговаривать и убеждать. Века тренировок, как-никак, чего не отнять - так этого. Его можно лишить сил, его можно запереть где-нибудь. Но как и лунный свет сквозь плотные шторы - он найдёт себе путь наружу, он выберется и заползёт в разум, рассказывая песчаные истории своего величия. Он наплетёт тебе с три короба о том, что его миссия - величайшая и самая благородная. Он будет требовать повиновения и послушания, как любой отец, скажет он, и добавит, что это - нормально.
    Рассказал ли он тебе, как он сводил меня с ума? В каких образах приходил? Как заставлял лечиться, или как пытался захватить себе тело? Дошли ли его прекрасные и поэтичные легенды до рассказа о том, как он пытался поработить весь мир, или он решил опустить эту часть своей истории, чтобы не производить на тебя дурное впечатление?
    Он готовил тебя. Он подарил тебе знания, обучил тебя ритуалам. Он проливал свет на все аспекты и внимательно следовал за твоими успехами. Он взрастил в тебе уважение к себе, он сделал из тебя послушное орудие.
    И этим орудием он опять пытается наставить на истинный путь
меня.
     Как дела, Бадр? Может отложим драку и выпьём кофе? Только, пожалуйста, давай не будем говорить о нашем отце сегодня.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
    Бадр, как и Риз, появился в девятом томе Лунного рыцаря, зовут его Yehya, что по-русски вроде как будет Яхйа.
Бадр - это то, кем Марк никогда не станет. Это рациональное начало, да, но это и вера. Ведь он именно что верит в Хоншу, и он следует тому, что Хоншу ему говорит. В отличие от Марка, конечно же.
   Бадр не лишен человечности, и вообще-то он отличный чувак, несмотря на то, что чуть не убил Марка и попытался убить его друзей, но.. Все мы не без греха, верно?
   Ему многое не понятно из того, кем Марк является и как вообще эта паршивая псина - представитель того прекрасного божества, которое его воскресило и вернуло к жизни. Тот Хоншу, о котором говорит Бадр - не существует для Марка, а тот Хоншу, о котором с пеной у рта и яростью в глазах рассказывает Марк - вне понимания Бадра.
   Это не просто столкновение полярностей, это не разные фазы луны, это явный показатель лживости Хоншу, его позиции по отношению к Марку и вообще ко всем своим Кулакам. Он их всех любит одинаково - и Бадра и этого, как его там, Спреткор , верно?
      В общем, Бадр классный, хотя и заноза во всём Марке. Ведь он пытается переучить Спектора поступать правильно, потому что по его мнению - надо вообще всё делать иначе и никаких вот этих вот приблуд, в которые Марк ударяется из раза в раз. У него в голове буквально есть свод правил и исторические записи. Он понимает как это всё работает, потому что ему провели треннинг и водили за ручку, а Марка связанного и закованного в цементные сапоги бросили посреди глубокой части Нила на съедение крокодилам.
   И теперь это работа Бадра пытаться выловить своего "непутёвого старшего брата".  Ведь несмотря на всё своё образование и предыдущий опыт - Бадр верит в Хоншу и настроен на выполнение ритуалов и почтения к божеству.
   Приходите и я устрою нам с вами квест по фэмили вэльюз, и может быть мы покатаемся по миру в поисках разных макгаффинов, которые нужны будут папочке.
   Пишу я от третьего, с птицей-тройкой и хотел бы того же в ответ. Медленный, но идейный и люблю эту всратую часть канона марвел всей душой, так что нам будет весело. Кроваво, больно, шизануто, но - весело <3
  Внешность можем ещё пообсуждать, но этот актёр по-моему крайне попадает в типаж этакого супер правильного сына маминой подруги, которым Бадр для Марк и является. Вы только приходится, как грица ~

Пробный пост

[indent] Фрэнчи раскладывал эти брошюры, кажется, даже в ебаном туалете. И, не будь они лакированными - Марк бы, может, по своей наглой привычке доходчиво и кратко доносить своё негодование без того, чтобы вовсе открывать свой рот, использовал эти бумажульки ровно так, как следует использовать бумажульки. В ёбаном сральнике. Но. Фрэнчи это же друг, и почти как брат.
К тому же Мстители как бы попросили его без самодеятельности. Друзья, вау, у него такие были, как бы попросили его без чрезмерного усердия. Хоншу попросил его увеличить количество патрулей и не быть сучкой, взять наконец меч там, или копье.
  Марк попросил Хоншу пойти нахуй и оплатил билеты до Майами.
   В бизнес классе не шумно, не душно, не приятно от сальных взглядов девиц, которые ищут себе папиков. Казалось бы, разве это для него проблема? Да не то, чтобы, но в этот отдых заводить пассию как-то не было настроения.
     Не то, чтобы Марк вообще понимал чем собирается заниматься в отдых. Это же типа... Нельзя расследовать, носится ночами в костюме и бить людей, да? А что делать, когда единственное, чему ты в этой жизни научился - бить людей?
   Можно было, конечно, попробовать догнать весь этот охренительный поезд популярной культуры, со всеми этими фильмами (частью из которых занималась компания Гранта), сериалы там даже. Кто-то очень хвалил Прослушку, хвалили Игру Престолов, и ещё много много чего, на что Марк никогда не обращал внимания. У него, типа, миссия, да.
   Можно было бы, конечно, попробовать завести с кем-то отношения, но. Но. О, это бы очень понравилось Хоншу, несомненно. Очередной повод вынести мозги через ноздрю по трубочке, новые галлюцинации. И в итоге ещё одна драматично сбегающая от Марка мадам говорила бы, что он сумасшедший.
   Фрэнчи сказал Спектору отвечать на это "высокофункциональный социапат", на что мужчина поднял бровь, а в ответ получил лишь - "Шерлок", на вторую поднятую от удивления бровь Фрэнчи начал закатывать глаза и что-то очень быстро говорить на своем, лягушьем, что делал всегда, когда находил Марка невыносимым. Хотя кто из них двоих в этот момент был невыносим - не понятно, но Марк прекратил попытки добиться от друга чего-то внятного.
    А ведь, кроме шуток, у Марка была даже справка. Экспертиза, которая показывает, что у него есть расстройство спектра и самым веселым было наличие диссоциативного расстройства идентичности, как его по-умному записали в его личное дело Мстители. Дискриминация, как она есть, если подумать. Может у них там много ещё кто с прибабахом, а опасен - Марк. А Халк, чем не диссоциация? Подумаешь, что Халка проще убедить в чем-то, чем Лунного рыцаря. Это вообще дела не касается.
   Нет, степень своей опасности он никогда не отрицал, это глупо и не продуктивно. Рожденный биться, вряд ли приспособиться к мирной жизни. Уж точно не Спектор, привыкший к сто и одной подставе и битве. Его разум - это выжженное поле, но при этом - реагирующее на каждый шорох, выставляя сотни шипов и механизмов защиты.
    Наверное, если подумать, то расслабиться на дорогущем спа-курорте в Майами, где его никто не знал, и никто от него ничего не ждал - это не так уж и плохо. Плюс, в брошюре на фото был отличный виски. Отдыхать в собственном доме он уже в любом случае разучился.
    Встречают с приторными улыбками, вручают какой-то цветной коктейль, который пахнет дешевой газировкой с красителями, но у него хотя бы есть зонтик. Зонтик - это классно и хорошо.
Провожают до номера и говорят, чтобы он спустился на общий сбор для новых постояльцев через час, с удовольствием принимая чаевые.
     Марк даже думает, что не станет спускаться, ну честно, зачем ему это, он же не планирует проходить полный курс процедур или что они там ещё предлагают. Его вполне на первый день устроит телевизор, кабельное и мини-бар. Общение утомляет, попытки сойти за нормального - более того. Какие у него могут состояться светские разговоры с людьми, если всё, чем он занимается - это виджилантизм (есть ли такое слово ему всё равно)? Вот именно.
  Но потом, в итоге, любопытство берет верх.
    Легкие штаны из льна белого цвета, белая же рубаха. Из отражения, позади собственной фигуры, Хоншу в кресле одобрительно кивает, а Марку хочется послать его нахуй. Но он лишь расстегивает верхние пуговицы рубашки и выходит, захлопывая дверь.

0

7

ODIN [ASSASSIN'S CREED]

раса: ису / ас
возраст: >70 000 лет

деятельность: мозгоед
место обитания: у Эйвор в голове

https://i.imgur.com/2uwJuzo.png https://i.imgur.com/OwDtIST.png https://i.imgur.com/A5DEUzK.png
original, your choice


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Когда норны поведали Хави, что ему суждено умереть в Рагнарёк, он сказал им, чтоб шли нахуй, потому что он сам своей судьбе хозяин. Вот такой вот верховный бог - настолько верховный, что над ним даже судьба не властна, и если он захочет избежать смерти в пасти Фенрира - он найдет, как это сделать, но сначала, конечно же, ударит кулаком по столу. То, что асы падут в бою в Рагнарёк - это не новость, а давно известное пророчество, судьба, которую все они знают заранее и принимают. Все, кроме Хави. Не для того он их возглавил, чтобы покориться своему року. Какой толк смотреть свысока на весь Асгард, если даже свою смерть не сможешь победить?
Его план не был точен, как швейцарские часы, но он сделал всё, чтобы выжить. Чтобы хоть в каком-то виде обмануть смерть. Он отдал свой глаз, он лгал, манипулировал, изворачивался, хитрил, нарушал клятвы, разворачивал войны, разбивал сердца, он сделал всё, что мог, всё ради мёда поэзии, который разделил с другими асами накануне Рагнарёка. Как и было предначертано, они встретили свою смерть и пали в бою, но их души выжили внутри Иггдрасиля, чтобы однажды возродиться. Так и получилось - все они обрели своё новое воплощение в девятом веке.
Одину досталась Эйвор. Самая сложная часть задумки осталась позади - осталось только выгнать из тела девку и полностью воплотиться.
Может быть, он и был недоволен тем, что спустя семьдесят тысяч лет обрел воплощение в женщине, но по большому счету ему всё равно - главное, что у него получилось. Он обманул смерть, он спасся от Рагнарёка, не закончил в брюхе Фенрира, показал норнам средний палец. Но он всё ещё бессилен, бессилен до тех пор, пока заточён у Эйвор в голове.
Он является только ей, она - его рупор, его инструмент. Пусть считает себя избранной Одина, когда он является к ней одноглазым стариком. Пусть слышит его голос в свисте ветра и позволит ему себя вести. Пусть прислушивается к его словам тогда, когда её больше никто не слышит. Пусть позволит себя сломать и подавить.
Один - жестокий, хитрый, суровый бог. Один мучает своих избранных и заставляет их умирать молодыми. В нём нет места состраданию, смирению и терпению - Один взращивает в ней гордыню, жестокосердечность, честолюбие, он направляет её руку, когда она сеет бессмысленную жестокость, он хочет видеть её узурпатором, который берёт своё в нужное время, он хочет, чтобы она перестала так слепо следовать своим клятвам и перестала его позорить. Когда Эйвор в первый и последний раз в жизни сотворяет кровавого орла, ею руководит Один. Когда после она рыдает, размазывая по лицу чужую кровь, он смотрит на неё с отвращением.
Ему мерзко смотреть на своё воплощение, на своё отражение сквозь века. Эйвор должна сгинуть, чтобы из её праха восстал Всеотец.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Ну короче говоря, это как Джонни Сильверхэнд в голове у Ви, только бог и никто не должен умирать, а еще они никогда не подружатся и не найдут общего языка. Наверное.
Я очень люблю скандинавскую мифологию в её оригинальном антураже, с ледяными великанами, радужными мостами, топорами, магией и вот этим вот всем, поэтому настроена на то, чтобы сделать вид, будто "трушной" концовки с асами в латексных комбинезонах и высокотехничной цивилизацией не было, а были боги, которые залезли в мировое дерево и пошли кошмарить викингов в девятом веке.
Игру с Одином вижу как крайне шизоидную, с глюками, Асгардом, длиннющими диалогами которые слышат только они двое и хер пойми каким концом - мне будет грустно, если она его просто прогонит и однозначно его победит. Может, они найдут какой-то компромисс и Один найдет себе другое воплощение, а может быть что-то еще.
У нас тут есть воплощение Тюра, которого ты наебал и предал, и каноничный рыжий Локи под маской.
Ниче не жду, но очень надеюсь! Заранее пошел нахер.

Пробный пост

Дорога к ритуальным камням Одина лежала высоко через горы, через густую тундру и пару высоких крутых обрывов, вдоль которых с расстоянием в километр стояли палатки дозорных.

Сигурд, конечно, снова придет. Не упустит возможности - в ночь перед набегом-то. Но у Эйвор совсем другие планы.
Никогда не говорила она ему "нет". Не из преклонения перед ним и не потому, что боялась, будто за отказ или строгое "не хочу" он сочтет её плохой невестой, отвернется её и передумает - нет, она не боялась этого вовсе. Сама его хотела, сама ему вторила, сама же его и распаляла. Думала про себя, что раз говорить с ней ему теперь отчего-то не хочется, то хоть так она с ним побудет, хоть так соединится с ним. И не то чтобы устала от него - мысли о нем посылали горячие мурашки вверх по бедрам, тело оживало вновь от предвкушения, от одной только мысли, но всё-таки сегодня ей нужно было кое-что другое.

Снился ей странный сон на днях - будто он заговорил с ней вдруг. Раскаивался в чём-то, просил за что-то прощения, то были слова, которых она не услышит от него никогда, потому что не может он такого ей сказать. Поутру, проснувшись, она вспомнила то, что навеяло ей сном, и стало ей вновь горько и тревожно.
От того, что его голос ей уже во сне снится. Тот старый, привычный, которым он с ней разговаривает, а не нашептывает на ухо вновь что-то горячее и сладкое. Человечий его голос, не звериный.

Она гнала от себя мучительные, грызущие воспоминания. Как держала его лицо в руках и всеми силами, всеми словами, которые есть в ней, пыталась объясниться, сколько он для неё значит - и как он в ответ о платьях говорил. Как один-единственный раз сказал ей то самое "люблю", прямо перед тем, как она ему впервые отдалась. И гнала от себя эти мысли, ногой их от себя отпихивала, верно рассудив, что чушь всё это, глупости её личные - он мужчина, он любовь показывает не словом, но делом. Он не Вили, который в уши будет лить ерунду красивую - она за это и любит его. В том числе и за это.

С Валкой вместе отужинав, она не без удовольствия вынула на свет божий свои старые вещи. Штаны потертые, сапоги на меху, синюю рубаху с воронами расписную, плащ любимый на меху. Коса, которую она носила, нравилась ей всерьез, но больно чесалась обритая часть головы под ней - присела у зеркала вёльвы и аккуратно, научившись уже как следует, переплела её по-привычному, шрам на голове вновь обнажая, выбритый свой висок, на котором волосы растут едва-едва. Валка мимо проплыла у неё за спиной, скребнула ей по выбритому месту ногтями в привычной своей игривой манере.

Эйвор спустилась с пригорка в Форнбург, в конюшни заглянуть и проведать своего Видара. Коня она делила с Римой на двоих - им обоим по личному коню без надобности, заскучают в стойлах до старости. Серый жеребец встретил её спокойно, съёл морковку у неё из рук.

- Эй, Гуннар, - крикнула она с улыбкой, выводя Видара под поводья мимо тренировочного поля. - Ты остаешься?
- А как жеж, - кузнец плевком откинул длинные черные волосы с лица, на Эйвор не глядя - занят в спарринге.
- Побьешься со мной завтра?
Тут он остановился на мгновение, один взгляд в её сторону кинул.
- Нет, Эйвор, прости.
- А что так? - Видар дернул головой, и она сжала поводья покрепче.
- Занят буду.

Она виду не подала - пожелала ему твердой руки, залезла в седло и пошла из деревни обратно в сторону гор.

Бывало и раньше, что с ней спарринговаться не хотели. Девка жеж. Чего с ней драться? Раньше её это задевало так, будто иглами в сердце тычут, а потом привыкла. Только в том отдушину находила, что становилась сильнее. Сама добилась того, что плечи так раздались. Сама топором овладела, каждый раз искала повода им воспользоваться не против чучела, а против чего-то живого. Острее всех наблюдала за тем, как другие дерутся. Всех кроликов в округе перестреляла, даже косулю одну один раз. Когда-нибудь, говорила она себе, вы будете отказываться от боя со мной по другой причине. Чтобы я вас не опозорила к Хель.

Когда-то она думала о том, чтобы выбрать себе покровителем Тора. Не Фрейю, богиню-воительницу, а Тора, чьи руки держат Мьёльнир, с кем в силе никто не способен сравниться - чтобы он принял её скромные жертвы и отдал ей хотя бы крупицу своей силы, которая была ей так нужна. Но позже поняла, Тор её жертв не принимает, что поклонение ему отзывается в её судьбе громогласным молчанием.
Зато её жертвы принял Всеотец.
Она поднесла к алтарю ту косулю, раскрыв ей грудину своим маленьким охотничьим ножом, и сидела ночью в метели, глядя на выбитый в камне лик Одина, и молилась о том, чтобы хоть кого-то в спарринге одолеть хоть раз. На следующий день положила на лопатки Браги.
Она просила его о мудрости, чтобы вынести едкий, как червь в яблочке, голос Гудрун в своей голове. И вскоре обнаружила в себе покой, с которым перенести минуты наедине с ней в стократ проще.
Он слышал.

Она не знает, о чем попросит на этот раз - о хитрости, чтобы выпутаться из сетей, сложившихся вокруг неё? О победе для Сигурда, чтобы следил за ним и привел его живым домой?
Может, обо всём сразу, может, ни о чем в частности.

Она навестила дозорных, что сидели лагерем на краю крутого обрыва и всматривались в бескрайние горы Рюгьяфюльке, чтобы затрубить в рог при первом появлении врага. Те играли в орлог, и она присела с ними послушать баек и перекинуться костями. Они накормили её жареной на огне куропаткой, порасспрашивали о грядущей свадьбе, обточили ей топор и отпустили восвояси - ей дальше, выше, в гору, а уже темнеет.

Не отпустит он её в набег - так что ж. Можно и другими способами топор окровить, земли от Волков защищая, например, вон, вместе с дозорными. Только чувствовала Эйвор, что даже так Сигурду наперекор пойдет - не в набегах дело.

Перед каким же чудовищным выбором он её ставит.
Отказать ему, перечить, на своем стоять - она не может и не хочет, не тот это человек для неё, чтобы от него отмахиваться и мимо ушей его пропускать.
Повиноваться - род свой предать. Свой, не его.
Кьётви Жестокий должен умереть от её руки. Этот буйвол. Это чудовище на двух ногах, ходячая крепость, Фенрир в человечьей шкуре - она, Эйвор, должна убить его, иначе отец её Варин в чертогах Вальгаллы останется опозоренным трусом, иначе Роста зря привела её в этот мир. Она затем и живет теперь. Она ради них и живет теперь. Она не отомстит - никто другой не сможет. Даже Сигурд, даже могучим ударом своих рук если отсечёт Кьётви голову - это будет напрасная смерть. Не во имя кровной расплаты. Она на то и кровная - Кьётви должен получить то, что посеял, встретить смерть свою от плоти и крови Варина и Росты из клана Ворона, а не от человека, который их дочь в жены взял. Иначе грош Эйвор цена. Иначе никто она, не дочь своим родителям. Не воин. Такая же обесчещенная и трусливая, каким Варин был в момент своей смерти.

Глубоко ночью она добралась наконец до ритуальных камней. На крупе Видара сзади лежала еще одна косуля - Эйвор стянула её за тонкие ноги и потащила за собой по засыпанной снегом земле, бросив на каменных ступенях. Взяла с подступа кремень старый, высекла огонь, зажгла старые обугленные свечи вокруг алтаря. И присела на землю, задом на свои пятки, доставая из кармана старый свой ритуальный нож.

0

8

GOJO SATORU [JUJUTSU KAISEN]

раса: человек;
возраст: около 30

деятельность: шаман;
место обитания: токио; япония

https://i.imgur.com/Cv4yBNp.png https://i.imgur.com/lbo2Lwn.png
original


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
годжо избранный и это чувствуется везде — в том, как он улыбается, как прячет глаза под маской, как смотрит на собственных врагов и как смотрит на него, сугуро; годжо — избранный, у него по венам течет не кровь, а лава, его короновали в детстве венком терновым и сказали, что так и надо ( а снимать его — не то, чем он хотел бы заниматься )

улыбка годжо всегда придурковатая, но только в ней сугуро видит свое спасение — сначала, когда знакомится с ним в колледже во время их обучения; после — когда очередное проклятье выворачивает наизнанку и заставляет жадно глотать воздух; годжо — нечто недосягаемое, он одновременно существует и нет; годжо — константа в мире гето, вот только

любая константа может прекратить ей быть — когда же все пошло наперекосяк? быть может, в тот момент, когда гето понял истину людей, быть может, чуть позже — когда покрывало «я его никогда не догоню; никогда не встану вровень» вдруг ударило и накрыло удушающей тьмой; проклятья изгоняются проклятьями, именно потому и существует проклятая техника, именно поэтому каждый шаман хочет получить способность гето — сугуро же хочет одного: чтобы годжо улыбнулся ему еще один треклятый раз.

но годжо не улыбается, годжо лишь смотрит тяжелым взглядом и они проходят мимо, пока в воздухе застревает угроза — им необязательно ее произносить, необязательно даже пытаться сделать вид, что они рады друг-другу сейчас, стоя здесь, по середине хаотичного движения людей. вот только

когда они встречаются снова — руки гето по локоть в крови, а кэндзяку, подобно вирусу, все глубже и глубже проникает в жилы, все сильнее отравляет. и гето не справится с этим, гето не сбежать, а годжо не тот, кто собирается спасать ( даже если на гето висит табличка алыми буквами ); когда они встречаются снова — они по разные стороны баррикад и гето лишь улыбается уголками губ, потому что

— ты знаешь, я скучал

и это та самая правда, которая заставляет улыбку годжо дрогнуть.


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
я очень сильно люблю сатору, я очень сильно сугуру и потому обещаю преданно любить, обожать и все, что только захотите! обязуюсь даже делать графику! я не привередлив в плане постов, бегать за вами и требовать их я тоже не собираюсь — главное, чтобы нам было комфортно и уютно :з я люблю общение вне форума, потому что считаю что без него практически невозможно нормально играть; а еще я люблю кидаться всяким вдохновляющим контентом  http://i.imgur.com/UWb5QzV.png знание манги не особо обязательно, но было бы большим плюсом. однако! если нет желания знакомиться, я сам тебе обо всем расскажу, покажу и за ручку проведу. ты просто приходи и позволь мне тебя заиграть  http://i.imgur.com/8z31unC.png

Пробный пост

проклятья пахнут тиной — на вкус они горькие, противные, растекаются по языку отравой и скользят в горло; на вкус проклятья — как кровь: привкус стали на языке и соли из-за не пролитых чьих-то слез; гето никогда не хотел обладать такой техникой, никогда не хотел быть вместилищем проклятий, но у судьбы другие планы. она награждает его не только способностью пожирать проклятья, но еще и отторгать их, превращая в оружие. и гето мирится с этим — пожирает одно за другим, пока тело и душа становятся слабее день ото дня.

когда гето рвет в собственной ванне, он лишь вытирает пальцами блевотину, моет руки и натягивает улыбку. он должен быть храбрым, он должен не смотреть на годжо, чья сила становится все сильнее и сильнее. ему на роже написано быть самым сильным, быть признанным человеком с экстраординарными способностями, а гето? гето ничего не написано — он просто как собака прется за годжо, пожирает проклятья и думает о том, как бы не блевать в очередной раз, потому что все они — голосами внутри отдаются.

умирать, на самом деле, не так страшно — страшно было не сказать нужных слов, не сказать то, чего он так давно хотел услышать сам; когда он проигрывает, гето закрывает глаза и приваливается около стены, держась за рану. и годжо — тот, кого он видит последним. годжо — тот, у кого он просит прощения и говорит три заклятых слова: я тебя люблю.

это слишком низко — говорить такое, перекладывать ответственность на чужие плечи и умирать. и гето, правда, был уверен в том, что годжо его убьет окончательно, потому что только так можно смыть все то, что он сделал; невольно сугуру представляет себя в роли тех двух девчонок, которых он спас из клетки. кто тогда был виноват — они, которые просто старались защититься, или люди, которые сделали их такими? гетго никогда не задумывался, ровно как не старается задуматься и сейчас — когда же кровь перестанет идти и станет не так холодно?

когда сугуру умирает, он улыбается. едва заметно приподнимая уголки губ, смотря куда-то перед собой, пока глаза не закроются и пока голова не упадет на грудь; о нем никто не вспомнит — он, будучи признанным преступником, больше не имеет права на сожаление. он, будучи преступником, совершенно точно не имеет права на то, чтобы его оплакивали.

проклятья на вкус — как тина. мерзкие, склизкие. а еще они говорят с ним даже после смерти — заставляют его смотреть чужие жизни, заставляют его думать о том, что он никогда не был достоин стоять рядом с годжо, ведь сатору — станет великим, а теряться в чужой тени гето устал. да и этот шестиглазый очень четко показал то, что ему нет дела до него и душевной организации чужого человека.

— все нешаманы должны умереть, — голос шепчет ему в ухо, как назойливая муха не покидает его и лето морщится, отмахивается, — ты сможешь все, мой мальчик, только дай мне свое тело. —  и словно бы у гето был выбор. словно бы он мог отказаться от сделки, словно он бы мог просто послать его к чертям подальше и попросить подарить нормальную смерть, но.

первое, что чувствует гето после пробуждения — боль во всем теле. оно, конечно, залечило раны и теперь выглядит как и прежде, вот только внутри него словно что-то поменялось. не треснуло и надломилось, а стало крошевом, по которому он идет босыми ногами и это крошево впивается в кожу, ранит ее и оставляет красные следы после.

годжо бьет хорошо, годжо говорит что-то, но гето не слышит, а кэндзяку не дает понять, что там. он просто затыкает ему уши, отправляет спать и... и годжо ничего не знает — ни сколько ему приходится спать, ни что происходит вокруг.

— годжо?, — первое, что говорит гето — его имя. он уже и не надеялся увидеть и услышать собственного друга ( друга ли? ). а потом приходит боль — раздирающая, заставляющая его зашипеть и сдержать хоть какие-то эмоции кроме этого. ему нельзя, это непозволительно. но взгляд цепляется за рану, из которой хлещет кровь, и гето затылком упирается в стену позади себя, дышит судорожно.

— неужели дежавю?,  — на губах у него пузырится кровь и он ее сплевывает. кровь на вкус — как проклятья, которые он пожирает, но именно сейчас он смотрит на годжо и старается сфокусировать взгляд, — что тут произошло?, — кэндзяку внутри молчит, а гето смотрит на разрушенные стены и ничего не понимает.

— когда я успел вернуться? почему я жив?, — и не понятно кому он задает эти вопросы.

0

9

SEPHIROTH [FINAL FANTASY VII]

раса: лже-Древний
возраст: около 27

деятельность: Герой, бывший СОЛДАТ
место обитания: Гайя, Лайфстрим

https://media.tenor.com/images/aa8103ea32fb899da1f8b48912b5631d/tenor.gif

https://i.pinimg.com/originals/e2/c0/73/e2c0733c733444cec901371e39ec1136.gif

original


КЛЮЧЕВАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Всегда не такой, как другие. Отличный [совершенный и отличительный] с самого начала. Ещё до того, как появился на планете, что не была твоей, но которая - из-за твоих предков - должна была стать безжизненной. Не такой, не такой, не такой... "Человек ли я вообще?" Монстр ли? Что-то ещё, большее?
Уникум. Герой. "Древний". Порождение безумного гения, генной инженерии и роковой, определённо не имеющей чувства юмора судьбы. Тот, благодаря кому большие дяди победили в войне; тот, на кого мечтали быть похожими все мальчишки и воины; тот, кто повернулся к людям спиной, способный принести более не победу, но смерть. С этой мыслью, с этой сутью, с этим предназначением, оказалось... проще. Понятнее. Всё наконец-то встало на свои места.
Вот только вопрос: ты с такой лёгкостью [лёгкостью ли?] отказался от своего устоявшегося образа и действий отточенного совершенства, узнав правду, потому, что монстр или потому, что жизнь с самого начала не показала тебе ничего правильного, настоящего, нормального? [что такое детство и родительское тепло?] То, что пусто, не является тем, за что держатся [за имя чего был создан, во имя чего был лишен нормального?]. Но всё-таки не в этом дело; наверное; какая разница? Всё сгорело. Ничего не вернуть. Гореть должно  больше [все, всё].


ДОПОЛНИТЕЛЬНО
Ключевой персонаж фандома, ключевой персонаж для конкретно Клауда. У меня слишком много мыслей и того, что я хотел бы написать, потому даже начинать не буду, то захлебнуть от слюней и перспектив. Просто аккуратно напомню, что у этих двоих интересная динамика и химия буквально на клеточном уровне [как не иронично вышло, не так ли?]. Кто каждый раз умирает с 7 секунд, тот знает. 50 оттенков ПТСР, особого сорта интима прямиком в мозг, триггеры и reunion. Если ты понимаешь, то ты понимаешь. Игровой потенциал почти безграничен, жесть и тревожность можно подавать с лучшими соусами. Вне канона, эти двое также прекрасно вписываются в различного рода au, да и в угар тоже - вписываются. Если тебе нравится тема Када[д]жа из Адвентов, то и её раскрутим на изи, Сефирот же ещё, оказывается, буквально пазл. Если мы словим общую волну и сыграемся, то я готов вообще почти что угодно ими играть, ибо уже намекал, что пищу-в-восторге от динамики. Почти как нормализация насилия заместо семейной психотерапии с прорабатыванием детских травм, кому вообще нужны эти ваши доктора? Ходжо и Сефироту, и Клауду знаком, ага, больше докторов не нужно, спасибо сердечное, мы своими силами [парно в дурку]. Аэрис с ним тоже посчастливилось быть знакомой, кстати, а ещё она имеется на игре - вот и аппетитный кусок возможностей на форуме нарисовался, гляди.
3 лицо, на наличие-отсутствие капса всё равно, как и на птицу-тройку. Хотелось бы активной игры, чтобы до ирл конца света мы успели многое отыграть и закрыть, потому по посту в неделю было бы идеально, иногда в две - нормально, всякое случается. Размер значения не имеет, его Сефирот, кхм, своим традиционным насаживанием на Масамунэ компенсирует сполна [шутки фандома стары и специфичны]. Не имею привычки сидеть во флуде и общаться о жизни в привате, потому если общение для вас есть ключевой фактор для поддержания вдохновения — с порога не сойдёмся, я загораюсь только от и для игры. Однако обсудить героев, закидать артами, музыкальными ассоциациями, накурить новый эпизод [два, три] в процессе - пожалуйста, да.

Пробный пост

Слишком молодой. Слишком мелкий. Слишком низкий. Слишком наивный. Слишком неопытный. Бесконечно много "слишком", делавшие Клауда и близко непригодным к образцу любого СОЛДАТ, каждый из которых - идеальная пропаганда, совершенный человек, образ, в который готовы поверить. Так, как это сделал Страйф, найдя свою цель, мечту и окантовку для панциря в виде желания пополнить их ряды. Стать полезным, нужным, героем. Особенно как первые СОЛДАТ. Как генерал Сефирот, быстро ставший для совсем юного мальчишки образцом и идеалом. За что глупо винить: пример стоило брать с лучших, стремясь стать таким же, не так ли?

Клауд стремился. Но мечта его накрылась медным тазом, ибо... бесконечно много "слишком". Клауд стремился, не избавившись от болезненных для него черт максимализма, позволявших выживать прежде, однако в конечном счёте оказался убеждён в том, что СОЛДАТ из него в самом деле никакой. Слишком никакой. Даже несмотря на то, что вообще-то у него имелся ряд нестандартных преимуществ, и куй железо, пока горячо-молодо-податливо, и мотивация, и много чего ещё. Это не имело смысла; ценности не имело. Потому пехота оказалась единственной опцией. Не той, к которой мальчишка стремился, но единственной доступной: он бы не вернулся домой с отказом. Стыдно. Невыносимо. Тупиково. Страйф в конечном счёте просто не знал, чем ещё мог бы заниматься в жизни, ведь перспектива следовать приказам, приносить пользу, стать героем и получить признание тех, кто считал его снобом или чудаком - это вообще-то единственное, к чему он себя готовил и на что рассчитывал.

Да, он не будет СОЛДАТ. Но может быть сумеет продвинуться по лестнице в пехоте, ведь у Клауда имелась на то воля, как и потенциал.  Он тут не из-за денег или каких-то там социальных благ, что давали пушечному мясу в обмен на жизнь. Он тут не для того и не потому. И даже несмотря на то, что всё с его ролью и функционалом понятно, всё равно не отпускал - с концами - идеалов и образов в голове, продолжая работать над собой и тем, что умел. Правда, дело не только в этом, но ещё и в банальном выживании, что для юного смазливого типа вроде Клауда оказалось почти непосильным испытанием, но то... лишь повод, да? В конце-то концов, что бы им не двигало, а свои плоды оно принесло.

Буквально здесь и сейчас юноша находился там, где пехотинцам любого ранга быть не следовало и не полагалось в принципе. У них примитивная и ограниченная программа обучения, как и набор навыков. На что-то, конечно, они способны, ибо зачем тогда сдались Шинра вовсе, ну? Однако этого "что-то" было недостаточно. Клауду. Чтобы походить не Сефирота, чтобы делать вид, что способен стать героем... чтобы выжить в откровенно враждебной среде, не теряя при том лица и остатков чести, если у военных и наёмников она вообще имелась. Страйфу необходимо быть выше других на голову, быть на шаг впереди, а иначе... О, нет, вспоминать, с чем сталкивался, не намеревался. То лишь мотивация и причина двигаться вперёд. И изловчиться достаточно, чтобы однажды случайной, но закрученной махинацией получить доступ к тренировочному полигону для тех_самых. А дальше так и вышло: получив шанс единожды, зацепился и зарылся глубже, чтобы понять, как использовать одноразовую опцию не один раз. Пришлось поломать мозг и заработать новую форму тревожности, но разве можно иначе? В прошлых мечтах Страйф не совсем зря возомнил, что способен стать СОЛДАТ; наверное.

Тренировки помогали ему, как и симуляции, особенно они: удавалось держаться на уровень выше остальных и отрабатывать многое, как и изматывать, тем самым укрепляя, свои мышцы, тело в целом. Однако у Клауда складывалось стойкое ощущение, что он что-то упускал. Что-то важное, ценное, заставлявшее ходить по кругу и не дававшее ему двигаться дальше. На деле-то и спросить не у кого, никому не показать и не рассказать, ведь тогда всё, конец возможностям: Клауду не полагалось, вот и приходилось держать всё в секрете да тащить собственными знаниями. Ограниченными - слишком ощутимо; оттого зачастую и ошибочными. Что всё равно не мешало приходить из раза в раз. Потому, что Страйфу это нужно. Потому, что тут он не только позволял себе укреплять тело и рефлексы, но и... мечтать. Быть в местах и ситуациях, в которых он мог бы находиться, будучи СОЛДАТ. Как Сефирот и другие. Как герой, как кто-то нужный, как кто-то, кого оценили.

В этот раз, сегодня... ну... лишь вопрос времени, когда, ну... ничто хорошее - или терпимое - не длилось вечно, да? Особенно когда речь шла об отношениях межличностных; особенно групповых; особенно о холодной войне против кого-то конкретного, что рано или поздно непременно переросла бы в горячую. По ряду причин более чем очевидных и системных, этим самым лицом, против которого объединилось большинство, а прочие закрывали глаза, стал Страйф. Слишком мотивированный, слишком мелкий, слишком проворный, слишком смазливый. Таким тут не место; не среди пехоты, не с оружием, по крайней мере, хах? И, если честно, в этот раз подобное мнение, отношение, стычка, наезд... в общем, в этот раз Страйфу неплохо досталось, хотя он лишь Тору понятным чудом умудрился почти вовремя смыться, не дав ситуации дойти до абсурдной точки кипения, бесповоротной и едва ли не сравнявшей бы с землей все его старания и труды.

Прийти - это уже как принцип, привычка, что-то для него, мелкого и незначительного подростка, очень важное. Даже несмотря на то, что вообще-то очень зол на окружающих, за себя испытывал стыд, а тело испытывало дискомфорт от стресса и почти пережитого унижения; как и выброса адреналина, как и, собственно, той части, что включила в себя мордобой. Нет, Клауд не мог не прийти. Иначе это бы значило, что он сдался. Что готов пустить всё на самотёк или вернуться домой. А он не готов. Совсем не готов.

— Вы опоздали, кадет, — резко и холодно возвестил Сефирот, выходя из наблюдательной комнаты прямо за спиной мальчишки.Опоздание он воспринимал как личное оскорбление и светловолосый кадет только что совершил серьезную ошибку. — За мной.

От голоса за спиной - как вообще можно передвигаться настолько бесшумно? - Клауд буквально подскочил. Его сердце пропустило несколько ударов, вся жизнь пронеслась перед глазами. Ему непременно конец. Его точно выгонят, накажут, выговором не обойдётся, возможности закончатся. Кто-то узнал. Или просто увидел. Не важно: его засекли. Потерял бдительность? Что пошло не так в этот раз? Некоторых вещей, вроде действительного уровня наблюдения на этаже и невозможности упущения - вне одного раза - на постоянной основе, пока это кому-то не нужно, он естественно не понимал или не знал. Боги одни только от того, кому едва пятнадцать стукнуло, чего-то иного ожидать и могли. Реальность работала иначе.

- П... Э... -с-сэр, - глаза широко раскрыты, заткнулся после серии невнятных звуков (вовсе не походивших на "кольк" чокобо) с одним только разборчивым словом, чуть не проглотил язык. Первые секунды даже не нужно было понимать, кто это именно, потому что адреналин и вообще всё, что можно, зашкалило в момент. Если бы не привычка и выдержка, можно было бы и в штаны наложить. Это потом, когда поймёт, Чей голос, точно утвердится: нет, в штаны точно нельзя. Не перед Ним.

Спина идеально ровная, всё как по струнке. Вместе с холодным потом, побледневшим лицом, покрасневшими щеками и ушами. От стыда, ужаса и вообще всех прочих поводов.

"С... Сефирот?!"
Дар речи пропал совсем, и подобно несуразному, но оперившемуся уже цыплёнку, Страйф был категорически не в состоянии... да вообще ни на что не в стоянии. Вся печаль, усталость, боль и раздражение как рукой сняло. Оно заменилось шоком, трепетом, восторгом, тихим ужасом, и снова шоком. На какое-то время даже оцепенением, что ни звука выдать, ни движения совершить, кроме как голубыми глазами в своей по струнке неподвижной позе пялиться. Неверяще, шокировано и очень... в конечном счёте, растеряно.

"Чт... что? Я? З... За ним?"
Спустя какое-то время - целую вечность, нет, три вечности! - Клауд сумел ощутить собственные ноги, что всё равно гнулись и слушались не очень, после даже сделать хотя бы шаг, дабы сдвинуться с места следом за.... Боги! От одной мысли о том, Кто его обнаружил и Куда звал Клауда тошнило, подкашивались ноги и ощущение реальности в принципе уходило куда-то очень далеко. Потому что он, Клауд Страйф, мелкий подросток, очередной никчёмный кадет среди никчёмных пехотинцев, просто не мог наткнуться на Сефирота. Тем более заиметь честь в виде его обращения и... Совсем как ребёнок, да?

— Имя, кадет?

- Клауд Страйф, сэр! - собрав всю силу воли в кулак и им же себе мысленно вмазав, чтобы не отрываться от реальности и осознавать действительность происходящего, выдать всё же сумел. Даже громко. Кажется, слишком громко. Что в тот же момент осознал, как и ровность собственной спины да походки. А ещё что тело всё-таки болело, но... какая разница, когда рядом Сефирот, и вообще-то они дышали одним воздухом? Даже если это последний воздух, что познают лёгкие Страйфа, прежде чем ему придёт конец. Справедливо.

- Это не... я просто... - не получилось ничего выдать, да и что сказать? Он просто раз за разом вскрывал это тренировочное помещение, хотя это ему не положено от слова совсем? Нарушил дисциплину? И... подождите, а что значит "вы опоздали"? Он что... Ерунда какая-то.

- Простите, сэр, - единственное, что точно знал. И что, в общем-то, так и есть. Ему жаль, правда. В смысле, вообще-то нет, но Клауд прекрасно осознавал, что ничего хорошего не сделал. А теперь ещё и, кажется, причинит проблемы. Даже больше, чем думал, что причинял. Как оказалось, ещё и самому Сефироту.

Вот Это взгляд, конечно. Ничего себе. Клауду точно конец. Правда, умрёт он почти счастливым. Или хотя бы не самым гнусным путём, пускай даже за совершение чего-то в коллективном смысле принятого за гнусность.

0


Вы здесь » GRIM DEFEAT » these are our expectations » EX LIBRIS


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно